В 1840-х годах романтик и эстет Эдгар Алан По писал в первом номере «Бродвейского журнала»: «Всем известно, что Бродвей - самая шикарная улица Нового Света. Это аорта, по которой течет лучшая кровь нашей системы. Все, что есть на нашем континенте изысканного, прошло через эту улицу. Здесь устраиваются лучшие выставки, сюда прибывают караваны со всего света». В то время Нью-Йорк был уже крупным промышленным и ведущим торговым центром. Недаром в 1853 году именно он стал местом проведения Мировой ярмарки, предшественницы Всемирных выставок.

При этом «первый город» Америки далеко не всегда догонял европейских собратьев по уровню житейского комфорта и бытовых удобств. Скажем, первый водопровод был сооружен здесь лишь в 1837 году и предназначался в первую очередь для борьбы с пожарами. В жилые дома питьевая вода попала только несколько лет спустя, а до тех пор ньюйоркцам приходилось пользоваться услугами водоносов. В 1866-м для борьбы с царящей антисанитарией муниципалитет учредил специальную здравоохранительную комиссию. Она ввела строгие правила, вроде запрета на комнаты, не имеющие окон, и попыталась контролировать их выполнение при помощи группы санинспекторов. Однако предместья по-прежнему представляли собой неряшливые кварталы сомнительной безопасности. В общем, то, что творилось на Манхэттене в середине XIX столетия, красочно изобразил в «Бандах Нью-Йорка» Мартин Скорсезе...

А наиболее чистой и респектабельной частью Бродвея тогда считалась южная оконечность острова - «даунтаун». Неудивительно, что именно там, в районе Мэрии, располагались тогда парадные городские театры. В них показывали добропорядочные спектакли, разыгрываемые модными лондонскими труппами. А небольшим заведениям с фривольным репертуаром полагалось «отступать на задворки». Таковым репертуаром в 1850-х были «Хижина дяди Тома» (в преддверии Гражданской войны она «прозвучала» особенно провокационно) и драма с поучительным названием «Камилла, или Судьба кокетки», основанная на трогательно-сентиментальной «Даме с камелиями» А. Дюмасына. В самом же конце XIX века сценическая жизнь Бродвея была, наконец, упорядочена: гораздо выше по Бродвею, в районе Таймс-сквер, был образован знаменитый театральный округ…

По мере приближения к нему количество праздных туристов вновь возрастает. В косой перспективе Бродвея уже завиднелись рекламные билборды. Витрины вокруг становятся ярче, вывески завлекательнее… В Нью-Йорке нет официальной «главной площади», но в случае необходимости эти функции с удовольствием берет на себя Таймс-сквер. Здесь стартует всеамериканское празднование Нового года, здесь же, на информационном табло, в 1945 году появилось первое сообщение об окончании Второй мировой войны.

Ночная Таймс-сквер - это огромные мониторы, на которых без остановки крутятся видеоклипы и ролики, гигантские табло с малопонятными гуманитарию бизнес-котировками и сияющие афиши. Торговля на площади затягивается до ночи (что для Нью-Йорка вообще-то редкость). Как же не воспользоваться почти круглосуточным «броуновским движением» туристических толп по площади? Молодежь оседает в многоэтажном музыкальном магазине Virgin или изучает экстравагантные дизайнерские часы в витринах Swatch. Туристы посолиднее осваивают сувенирные лавки. Немало зевак притягивает студия канала MTV, огромные окна которой выходят прямо на площадь. В них можно увидеть позирующую перед телекамерами поп-звезду, а если повезет - и самому попасть в кадр: камеры периодически «выглядывают» на площадь. Но главное, повторяю, театры. Именно здесь Бродвей и его окрестности превращаются в царство мюзикла.